- Знаете, не надо менять мою личность, просто дайте мне какую-нибудь адаптивную стратегию из говна и палок!..
Я оценила его чувство юмора и ум. На первом сеансе выяснилось, что мне таким заниматься не хочется, а ничего другого он не желает, и мы с ним полюбовно расстались.
На самом деле, произнесенное им является невысказанной просьбой почти каждого, пришедшего к психологу.
Самые болезненные ситуации в психотерапии связаны с намеренным не подтверждением ложной идентичности клиента.
Грубо говоря, приходит к тебе Вася Пупкин, который говорит:
- Я Вася, и я вот Такой! Все всегда воспринимали меня Таким, я привык играть Такую определенную Роль, для меня это привычно. Правда, мне плохо, и больно, но я не понимаю, почему. И для меня привычно, чтобы мой партнер по общению играл вот Такую Дополняющую Роль. Так что подыграй мне! Ну и помоги разрулить вот эти две житейские ситуации.
(Естественно, все это глубоко бессознательно)
А ты ему говоришь на это:
- Ну-ка, подойди. Давай стаскивать с тебя эту шелуху.
На этом моменте вымышленный Вася начинает нервничать. Он считает, что он и есть эта шелуха.
Дело в том, что
Я могу думать о себе, как о человеке очень религиозном или идейном, но приблизившись к мотивам выбора такого амплуа, я могу не выдержать этой степени честности с самим собой.
Я могу быть человеком, гордящимся своей прямотой и любовью к правде в лоб, и очень неохотно подходить к моменту, что на самом деле мне хочется делать людям больно.
С помощью разных идеологий я могу бороться со всеми подряд и обороняться ото всех подряд, и мне будет непереносимо больно видеть, что единственное, чего я хочу - вымещения агрессии, власти, подчинения и контроля. Еще хуже мне будет от мысли, что на самом деле это единственный для меня способ оставаться в контакте, потому что внутри я боюсь соприкоснуться с болью, болью о не случившейся в моей жизни близости.
Я могу думать о том, что я хороший мальчик или девочка, потому что мне важно оставаться таким для родителей, и мучится своим неврозом.
Я могу лебезить перед окружающими и таскать на себя маску клоуна, и окружающие будут смеяться или унижать меня, и мы отлично друг другу подыграем.
Я могу критиковать и нападать на окружающих, и тогда окружающие будут защищаться и ненавидеть меня, и мы снова впишемся в привычную схему. Этот круг вращается всю твою жизнь, и у меня нет никаких шансов из него вырваться. Как только ты я говорю А, мне тут же прилетает Б, которое снова заставляет меня говорить А.
Отличие психолога в том, что он видит то, что ты от него требуешь. Да не "на работу устроиться поскорее и выйти замуж", а мимикой, движениями, жестами, проявлениями. В какую схему ты себя вписываешь, в какую схему ты привычно вписываешь другого. Человек впервые за всю жизнь встречает человека, который ему не подыгрывает.
Отнимать адаптивную стратегию надо крайне аккуратно, постепенно, ибо она - единственная почва, на которой стоит наша реальность. Не во всех случаях это можно делать и не все к этому готовы. Но не отнимать ее значит плавать в бесконечных иллюзиях и неврозах.
Именно об этом писали мэтры:
"В корне пресечь поиск негласно-договорного дополнения ложной идентичности - вот чего требовал Фрейд, когда говорил, что анализ следует проводить в условиях максимальной фрустрации. Терапия, исключающая негласную договоренность, не может достичь цели, не фрустрируя те желания, которые порождены фантазией." (c) Лэйнг.
